А вдруг устану. Что страшнее: устать или не уметь расслабляться?
Автор статьи Ирина Млодик
Я встречала людей, у которых страх перед переживанием усталости затмевает способность активно жить и действовать. Им кажется, что усталость — это чуть ли не смертельно опасно. Они тщательно оберегают от любого переживания усталости себя и своих близких. Некоторые впадают в панику, если видят уставшего ребёнка, и сами воспринимают усталость как что-то неестественное и угрожающее их жизни и здоровью.


Я также встречала и тех, кто не умеет переживать усталость, вообще не позволяя себе признать, что она существует. Для таких людей не существует переживания потери сил, собственных ограничений, необходимости отдыха, расслабления, переключения. Они работают как заведённые, думают не переставая, реагируют на любой стимул извне, будучи не в состоянии выключить телефон, отключиться от задач и проблем. Бессилие для них — опасный враг, расслабленность грозит катастрофой.


А также не раз мне встречались те, кто, на чужой въедливый взгляд, просто бездельничает: не делает никакого важного или даже неважного дела, всё откладывает, не может себя преодолеть, даже кровать не в состоянии за собой заправить, но при этом чувствует себя предельно уставшим.


Усталость — естественное следствие вложения наших сил во что-то. Если у нас много энергии, сил, внутренних ресурсов, то и вложить мы можем много. Если запас сил невелик (как это бывает у болеющих людей, некоторых глубоких стариков, людей с астенией или другими физиологическими или психологическими особенностями), то и вложить мы сможем немного либо быстро устанем.


Из этого следует простой вывод: мы все очень по-разному устаём, потому что у нас у всех индивидуальные ресурсные возможности, определяемые генотипом, структурой характера, физиологическими особенностями и ситуацией. Часто мы не очень осознаём и понимаем, какие ресурсы нам даны. При этом, к сожалению, мы можем проецировать своё ощущение ресурсности на другого человека, говоря: «ты устанешь, дай я!» или «отчего это ты устал, ты же ничего не делал?».


Ещё одно наблюдение: мы устаём от разного. Для некоторых пообщаться с другими, провести лекцию или просто решить какой-то вопрос, общаясь с другими людьми, — одно удовольствие. Для других пребывать в том же самом процессе необыкновенно затратно. Хотя, например, прочитать сложный текст им будет в удовольствие, а для кого-то — невероятно тяжело. Для людей, находящихся в депрессии, просто продолжать жить — невыносимая задача, не говоря уже о том, чтобы встать с кровати и что-то сделать. Хотя бы на этом основании мы не можем судить о том, кто от чего может устать.



Большинство из нас даже не всегда знают, что нас утомляет больше всего, а также в какой момент нормальная усталость от сделанного переходит в истощение. Иллюзию создаёт как бы универсальность нагрузки. Тридцать детей в классе пишут контрольную, пятеро будут в приятном тонусе после завершения, семеро нормально устанут, ещё сколько-то устанут очень сильно, а кто-то будет истощён этими сверхнапряжёнными для него сорока пятью минутами. Возможно, именно эти дети очень переживали за результат, боялись реакции родителей на их плохую оценку или испытывали запредельную тревогу, с которой нужно было как-то справляться и одновременно ещё решать контрольную.


Пребывание в любом внутриличностном конфликте, стрессе, тревоге, сильных переживаниях отнимает у нас много сил. Со стороны достаточно трудно понять, насколько затратными для кого-то оказались те или иные усилия. Даже сам человек не всегда может оценить степень потери своей энергии. К сожалению, для того чтобы преодолеть эту неопределённость, мы стараемся создать определённость и часто совершенно бессознательно проецируем собственное состояние на другого, определяя за другого степень его усталости, отбирая у него возможность научиться определять это самому.


Люди, отрицающие свою усталость, привыкшие эксплуатировать свой организм ради выполнения каких-то жизненных задач, могут не замечать, когда потеря сил превращается в истощение. Одно дело — когда жизнь требует рывка, напряжения всех сил для решения какой-то жизненно важной проблемы, в какой-то момент проблема решается, и человек может отдохнуть, расслабиться.


Другое дело, когда безжалостная эксплуатация собственных ресурсов — постоянный паттерн поведения. Он свойственен людям, плохо переживающим бессилие: в этот момент они не способны что-то делать сами, вынуждены зависеть от других. Вероятно, именно в состоянии бессилия с ними и случались какие-то неприятные ситуации, и тогда они бессознательно или сознательно живут так, чтобы всячески избегать любой слабости, зависимости и даже просто отдыха и покоя. Кроме выбранного ими затратного способа жить, они ещё и не умеют восстанавливаться, отдыхать, наполняться. Поэтому когда всё же запасы энергии истощаются, приходят болезни, депрессия, апатия и астения. Эти состояния ужасают, и как только хоть какие-то силы приходят снова, начинается новый круг бегства от бессилия.


Способность замечать нюансы своего состояния (усталость, голод, холод), чувств, желаний и возможность адекватно реагировать на эти сигналы — важнейший минимум душевного и прочего здоровья. Учим ли мы этому своих детей? Умеем ли сами?


Мне как-то рассказали историю, что одна из учителей начальных классов учила первоклашек замечать собственную усталость, потерю внимания, желание отвлечься. Когда дети обучились этому, им было значительно легче управлять своим состоянием, и они лучше включались в урок. Меня чрезвычайно тронула эта история: как важно, когда мудрый взрослый учит детей не только школьным предметам, но и важнейшим вещам — знать, как ты устроен, управлять, а не бороться с собой, со своим естественным состоянием.


Уставать так же естественно, как и быть полным сил. Если мы во что-то вложились, приходит усталость. Если мы умеем отдыхать и расслабляться, то вскоре снова полны сил для новых подвигов. Мы живём в естественном чередовании циклов: дня и ночи, напряжения и расслабления. Ничто из этого не опасно и не вредно, когда мы позволяем происходить естественной динамике, смене этих состояний. Всё осложняется только тогда, когда мы теряем связь с естественной регуляцией и искусственно пытаемся удержать то, что должно измениться, потому что какое-то из состояний было объявлено нами непозволительным, сложно переживаемым, опасным. Ведь если так и не разобраться с причинами таких установок и представлений, то мы будем идти против природы, и непременно за это поплатимся, так что есть чего бояться. Изучайте себя — это поможет.